НОВОСТИ

02.09.10 Состоялось предвательное заседание о нелигитимности Кудымкарской думы Подробнее >>

02.09.10 Каждый ребенок имеет право на дошкольное образование Подробнее >>

02.09.10 В Лысьве спешно ищут помещение под ИВС. Состояние старого признано неудовлетворительным Подробнее >>

01.09.10 Марголина добилась пересмотра дела о замученном в медвытрезвителе пациенте Подробнее >>

31.08.10 Выработан алгоритм выхода из проблемной ситуации с Управляющей компанией Подробнее >>

30.08.10 Завтра Пермь поддержит 40 городов, где нарушается право на свободу собраний Подробнее >>

26.08.10 Пациенты диспансера не знают о расходовании своих денег Подробнее >>

25.08.10 Гражданские права в работе НКО Подробнее >>

24.08.10 Назначено предварительное заседание Подробнее >>

24.08.10 Дело о распоясавшихся милиционерах отправлено на доработку Подробнее >>

Архив новостей

АКТУАЛЬНЫЕ ПУБЛИКАЦИИ

Н.Петров: Вперед к совку? Нет отмене прямых выборов мэров Подробнее >>

И.В. Аверкиев: Почему отмена прямых выборов мэра – это проблема Подробнее >>

Виталий Ковин: «Искривления» избирательного пространства Подробнее >>

Архив

НОВОЕ НА САЙТЕ

30.08.10 Баннеры Службы продвижения гражданских технологий и практик доступны для скачивания Подробнее >>

13.07.10 Новый материал в разделе "Гражданская политика в России. Новости" Подробнее >>

13.07.10 Новый материал в разделе "Другой взгляд" Подробнее >>

Архив обновлений

ПИШИТЕ НАМ

palata@prpc.ru

Об Игоре Сутягине у нас особое мнение

Пермские правозащитники считают, что у ФСБ были основания предъявлять Игорю Сутягину обвинение в государственной измене, но не справедливо приговаривать его к 15 годам лишения свободы

1 июня состоялось совместное собрание сотрудников Пермского регионального правозащитного центра и Пермской гражданской палаты. На обсуждение были вынесены 3 наиболее обсуждаемые сегодня в гражданском сообществе темы: приговор Сутягину, предстоящий суд над Ходорковским, послание Президента Федеральному Собранию.

Мнение большинства сотрудников о "деле Сутягина" не было однозначным, сомнений было гораздо больше, чем убежденности в чем-либо. В конечном итоге многие согласились с тем, что Сутягин не мог не понимать ЧТО он делает, когда по заказу иностранцев готовил на базе открытых источников оборонную информацию и передавал эту информацию тем же иностранцам за вознаграждение. Поскольку материалы дела, связанные с определением возможного ущерба, нанесенного Сутягиным безопасности России, недоступны, то и полноценный правовой анализ ситуации, к сожалению, невозможен. Оценивать "дело Сутягина" в этой ситуации остается лишь с обыденной точки зрения.

Все спецслужбы мира занимаются анализом информации из открытых источников, целые отделы для этого держат. Следовательно, дело не в закрытости-открытости информации, а в том, какая информация получается в результате анализа. Поэтому проблемы с национальной безопасностью в случаях, подобных сутягинскому, конечно возникают. Вопрос в том, насколько приговор суда адекватен действующему законодательству, правам человека, насколько он реально справедлив.

Немощь российских спецслужб в обуздании коррупции и терроризма - главных реальных угроз безопасности России, заставляет их чрезмерно раздувать мелкие или даже фиктивные угрозы. Видимо поэтому столько чекистского пыла уходит на преследование неразборчивых в связях, измученных безденежьем российских ученых или на безжалостное третирование "новых диссидентов", вроде безобидных идеалистов из ПОРТОСа.

В результате обсуждения на собрании было принято решение не подписывать от имени ПРПЦ и ПГП распространенное "Правозащитной сетью" Обращение в Верховный суд РФ по поводу Сутягина, из-за несогласия с формулировкой. Затем восемью голосами против семи решили написать свое обращение в Верховный суд, в котором требовать того же - "беспристрастного и объективного судебного процесса", но слова о Сутягине, характеризующие его как "несправедливо обвиненного в шпионаже и измене Родине" заменить на "несправедливо осужденного к 15 годам строгого режима".

Возможно, для "дела Сутягина" такая разборчивость в формулировках мало что значит, но как позиция в отношении некоторых "шпионских процессов" она имеет смысл.

4 июня 2004 года