Пермская гражданская палата - Главная

НОВОСТИ



01.07.16. В Сылве местного депутата попытались лишить полномочий Подробнее >>



01.07.16. В Пермском крае появилось движение «АнтиДогхантеры» Подробнее >>



01.07.16. В Перми сорван показ фильма «Пермь – не Вексельбург!» Подробнее >>



30.06.16. Первое дело по статье «Реабилитация нацизма» в Прикамье: пермяка приговорили к штрафу в 200 тысяч рублей Подробнее >>



30.06.16. Сто пермских подростков, находящихся в конфликте с законом, прошли программу реабилитации «На пути героя» Подробнее >>



30.06.16. Вольное историческое общество: экспертное заключение Роскомнадзора служит реабилитации сталинского террора Подробнее >>



29.06.16. Суд простил краевому Совету профсоюзов нарушение порядка проведения первомайской демонстрации Подробнее >>



29.06.16. Жители Добрянки хотят спасти прибрежную зону Камы от застройки Подробнее >>



28.06.16. В Перми появилась служба профилактики отказов от новорождённых детей Подробнее >>



27.06.16. Пермякам покажут кино о том, куда «уплывают» их деньги, оплаченные за коммуналку Подробнее >>

Архив новостей

ПИШИТЕ НАМ

palata@pgpalata.org

 





         


Права человека: опыт и методики

 

ПРАВОЗАЩИТНЫЕ МЕТОДИКИ

 

Разное

 

Союзники среди НПО

(как привлечь неправозащитные неправительственные организации к участию в защите преследуемого активиста-правозащитника)

(Раздел подготовила Ольга Кочева, Пермский региональный правозащитный центр)

Вместо вступления

Давление и преследование со стороны органов власти – один из естественных рисков

общественной деятельности. Понимая это проще предупреждать возможные неприятности. Как правило, преследования возможны, когда власть и ее конкретные представители убеждены в том, что они сильнее, что контролируют ситуацию, и любые их действия останутся безнаказанными. С одной стороны – полномочия, корпоративная солидарность, административный ресурс и "ручные" СМИ. С другой – общественная организация, у которой, к тому же, есть какая-либо зависимость, упущение, ошибка. Если организация делает громкие заявления, разоблачает нарушителей, но уязвима (с точки зрения своих оппонентов) – она рискует, и не важно, насколько справедливы и доказательны ее претензии. Риск столкнуться с преследовании и давлением тем больше, чем большую угрозу чьему-то благополучию несут в себе действия активиста, чем сильнее это влияет на чью-то прибыль, репутацию, положение. Первым шагом к предупреждению преследований будет понимание того, что:

  1. Правозащитная организация более уязвима, когда чем-то обязана власти или в чем-то зависит от нее.
  2. Главная сильная сторона организации – ее безупречность во всем, начиная от отчетности, заканчивая безукоризненностью формулировок публикаций, взвешенностью и обоснованностью заявлений, вплоть до образа жизни и характера занятий в свободное время.
  3. Любые серьезные претензии к власти должны иметь доказательства. Отсутствие доказательств означает невозможность привлечь к ответственности нарушителей и доказать свою правоту. Бездоказательные обвинения всех и во всем – лишают, помимо всего прочего, важного ресурса – доверия к автору. Огульные обвинения развязывают руки и провоцируют на враждебность. Неконструктивное, некорректное и оскорбительное поведение провоцирует на преследования (так же как и зависимое и заискивающее провоцирует на оказание давления).
  4. Публичность – один из способов подстраховаться от возможных преследований и оказать давление на власть. Публичность конфликта сковывает действия виновной стороны.
  5. В конфликтных взаимоотношениях с властью действует "закон Мэрфи": если неприятность может произойти – она обязательно произойдет. Поэтому нужно подстраховаться от всех возможных неприятностей. Важным фактором является соотнесение своих действий с нормами законодательства. Не знать законы и не придавать им значения могут только те, кто никому, никогда и ничем не причиняет неудобства, либо те, у кого есть хороший резервный фонд для выплаты компенсаций.

Правозащитную организацию делают сильнее: хорошие постоянные отношения со СМИ и журналистами; тесные партнерские контакты с другими НКО; участие в коалициях и союзах; конструктивный опыт взаимодействия и сотрудничества с представителями органов власти, правоохранительными органами; положительный имидж в глазах населения; багаж успешных, полезных дел (мнение об организации на 90% зависит от того, что она делает и только на 10% оттого, что о ней говорится). Все это создается постепенно, но работает безотказно.

Если после оценки своих сильных и слабых сторон вы понимаете, что собственных ресурсов для серьезной борьбы недостаточно, или что в силу разных причин уязвимы для оппонента, нужно заняться привлечением ресурсов. Нужно найти сильных союзников, создать коалицию, заручиться поддержкой СМИ, отыскать неопровержимые доказательства и, главное, быть морально готовым дать отпор возможным преследованиям.

***

В одних ситуациях, для того чтобы противостоять преследованиям и давлению достаточно обратиться за помощью в вышестоящие инстанции или обжаловать незаконные действия в суде.

Порой хватает предания гласности незаконных действий. В других (более сложных) случаях, когда власть настаивает на законности своих действий, необходима широкая поддержка: помощь влиятельных союзников, доброжелательно настроенное общественное мнение, серия спланированных акций, давление международного сообщества и пр. Ситуация может потребовать помощи не только коллег, единомышленников и представителей своего сообщества (правозащитного или местного), но и представителей других НПО, социальных групп, которые по тем или иным причинам могут проявить солидарность. Ими могут оказаться молодежь (например, призывники-АГСники), пенсионеры (активист защищал пенсионеров, много для них сделал), автолюбители (активист сам автолюбитель, пострадал из-за незаконных действий сотрудника ГАИ) и т.п. Можно апеллировать к известным людям, лидерам общественного

мнения, наконец, просто ко всем гражданам. Выбор конкретной формы протеста или обращения может зависеть от возможностей и индивидуальных предпочтений тех, кто участвует в кампании. Так или иначе, эти действия решают одну задачу: вынудить власть пересмотреть свое решение.

Часто защита правозащитников от преследований ограничивается обращением к коллегам, к известным правозащитным организациям. На общем фоне более консолидировано с инициативами в защиту правозащитников выступают московские группы. Наиболее активные – Движение "За права человека", Московская Хельсинкская группа, Международное общество "Мемориал", Инициативная группа "Общее действие". Правозащитные организации оказывают квалифицированную правовую помощь. Они содействуют в сборе доказательств, проведении экспертиз, обжаловании решений вплоть до международных инстанций. Коллеги распространяют информацию в СМИ, а в более серьезных случаях – проводят пресс-конференции, инициируют переговоры и обращения к ключевым представителем власти. В действительно трудных ситуациях правозащитники обращаются в международные организации, проводят петиционные кампании, акции протеста. Некоторые организации специализируются на разных формах поддержки. Так, Центр содействия международной защите помогает оформлять заявления в Европейский суд по правам человека, Портал "Права человека" освещает информацию о преследованиях активистов, Независимый экспертно-правовой совет составляет экспертные заключения, и т.д. Есть организации, которые специализируются на "тематической поддержке". Например, Комитет "Гражданское содействие" делает акцент на поддержке тех, кого преследуют по национальному признаку, вступается за представителей других национальностей и стран ближнего зарубежья. Большой многолетний опыт защиты от преследований и давления представителей журналистского сообщества имеет Фонд защиты гласности. Фонд распространяет в СМИ информацию о фактах давления, преследований, угроз, нападений и убийств журналистов. (За последние десять лет таких случаев набралась, наверное, не одна сотня). Фонд также ведет мониторинг нарушений прав журналистов и по всем случаям регулярно направляет для разбирательства информацию в Генеральную прокуратуру. Активисты Фонда обобщают информацию о преследованиях журналистов не только в России, но и странах ближнего зарубежья, обращаются к первым лицам стран постсоветского пространства, где преследуют журналистов и ограничивают свободу слова, проводят экспертизы, дают правовые комментарии, представляют интересы в суде, организуют пресс-конференции, публикуют заявления и открытые письма.

Если ситуация не столь специфична, она способна затронуть большее число людей, а значит, аудитория поддержки в этом случае больше. Огромное число людей выступало против закрытия НТВ в знак протеста против наступления на свободу слова. Общественная кампания в защиту Ходорковского и резонанс вокруг этой темы – звучное событие последних лет. Под обращением НПО "НЕТ ужесточению контроля над гражданским обществом!" было собрано около пяти тысяч подписей гражданских активистов.

В качестве примеров массовых кампаний последнего времени можно назвать недавние эффектные всероссийские акции автомобилистов. Идея провести всероссийскую акцию протеста против ущемления прав автомобилистов родилась на Интернет-форуме в 2005 году. Она привлекла участников по всей стране и превратилась в серьезную силу, способную влиять на решения правительства, несмотря на то, что наступала на чьи-то финансовые интересы. Успешная протестная инициатива оформилась в народное правозащитное движение "Свобода выбора". В 2006 году автомобилисты удачно вступились за водителя Олега Щербинского, осужденного по делу о гибели бывшего губернатора Алтайского края Михаила Евдокимова. Активисты собрали 20 тысяч подписей в защиту Щербинского. В марте 2006 года Алтайский краевой суд отменил обвинительный приговор. Щербинского признали невиновным и прекратили уголовное преследование.

Другой случай успешной кампании – инициатива экологов в защиту озера Байкал (против строительства участка нефтепровода вблизи озера). Она вылилась в общенародную кампанию. В защиту Байкала выступило большое число НПО, политические партии, политики, просто известные люди. Кампания собирала многотысячные митинги в разных городах страны. В результате Президент принял решение о переносе участка нефтепровода за границы водозаборной зоны озера.

Давление на власть может быть грубым, основанном на силе, где главным аргументом становится массовый протест. Оно может быть более тонким – тут аргументами становится право требовать от власти соблюдения существующих договоренностей, знание процедур и умение ими пользоваться. Как показывает практика, мероприятия в защиту активистов-правозащитников не становятся по-настоящему массовыми. На их акции и пикеты собирается, в лучшем случае, до полусотни человек. Защита преследуемых активистов не может объединить такое же число участников (простых граждан), как решение экологических и социальных вопросов (или просто проблемы повышения цен на товары). Привычное для политических партий средство убеждения – протесты общественных масс – не входит в арсенал правозащитных организаций. Правозащитники воздействуют на власть своими методами, минуя население, и чаще апеллируют к международным инстанциям и нормам, чем к общественному мнению. Доведенная до крайности, эта ситуация может быть опасной для правозащитного сообщества. Чтобы власть прислушивалась к правозащитникам, необходима общественная поддержка.

Правозащитное сообщество выступает ретранслятором идей, важных для существования и развития общества. Поэтому помощь и поддержку оно получает, скорее, от специфических (для нашей страны) категорий: людей с активной гражданской позицией, представителей интеллигенции. Под многими обращениями (например, в защиту Григория Пасько, "Петербургский фашизм – позор России" и др.) вместе с правозащитниками поставили свою подпись актеры, писатели, ученые. Русский ПЕН-центр входит в состав инициативной группы "Общее действие", активно выступающей в защиту активистов от преследований.

Примером успешных общественных кампаний с участием других НПО и общественности может служить кампания против "шпионских процессов" в отношении экологов Александра Никитина и Григория Пасько. Экологи были признаны невиновными благодаря упорной работе адвокатов и экспертов, объединению усилий и ресурсов правозащитного, экологического, журналистского сообществ, обеспечению гласности всего происходящего, активной поддержке зарубежных и международных организаций, поддержке российской общественности.

Участие неправозащитных НПО необходимо, если правовыми методами (обжалование незаконных действий, обращения в суд, прокуратуру, вышестоящие инстанции) от преследований защититься не удается. Менее всего здесь уместны какие-либо шаблоны. Выбранные формы и методы должны быть адекватны ситуации. В одних случаях решающим фактором становится поддержка извне. Например, кампания в защиту правозащитных организаций Краснодарского края добилась успеха во многом потому, что в ней участвовали организации из других регионов и Москвы. Московским правозащитникам удалось привлечь к проблеме внимание Президента, Министерства юстиции и Генеральной Прокуратуры. Если преследование не оформлено в виде правового спора, вмешательство извне как явление разовое может устранить конкретную форму давления, но не изменит положение вещей. Поэтому поддержка извне может быть только одним из способов усиления местного сообщества, иногда необходимым, но недостаточным. Более значимым становится поддержка со стороны местного сообщества – не только правозащитников и НПО, но и всех, кто может оказать влияние на власть. Именно местные организации и группы поддержки располагают устоявшимися связями и взаимоотношениями с представителями власти и СМИ. Они обладают дополнительными каналами влияния и поддержкой населения. Местные организации заинтересованы в том, чтобы отношения между конкретными представителями власти и обществом развивались в русле взаимного уважения и уважения закона.

Правозащитное сообщество будет гораздо более эффективно (в том числе в вопросах защиты активистов от преследований), если станет пользоваться поддержкой неправозащитных НПО и общественности. Неправительственные организации являются важным ресурсом влияния, который пока в полной мере не используется. В чем причины этого? В отсутствии интереса и готовности НПО участвоватьв защите правозащитников? В том, что сами правозащитные организации недостаточно активны? Может быть, они не могут найти нужный подход к неправозащитным НПО? Для изучения проблемы был проведен опрос, в котором приняли участие представители разных некоммерческих организаций из нескольких регионов. Предметом внимания была способность НПО к солидарным действиям, возможные мотивы участия в совместных кампаниях, условия участия и ограничения.

Большинство представителей НПО признает важность проведения общественных кампаний как таковых.

Больше шансов получить отклик от организаций, включенных в сети и коалиции, открытых для контактов, ориентированных на работу в сообществе и совместные действия. Меньше – от тех, кто полностью сосредоточен на работе со своими "клиентами" и "благополучателями". Одной из причин неучастия НПО в совместных кампаниях с правозащитниками является отсутствие коммуникаций и сосредоточенность на собственных интересах. Посторонняя информация, даже если доходит до адресата, не принимается во внимание, если не имеет отношения к "своей" работе.

Готовность к сотрудничеству по защите активистов от преследований и давления демонстрируют скорее те, кто заинтересован в контактах с правозащитниками, кто сам подвергался какому-либо давлению. По результатам нашего электронного опроса 91% респондентов поддержало значимость солидарных действий. 68% указало, что им приходилось в той или иной форме испытывать давление со стороны власти. Для представителей НПО, которые опрашивались в форме более обязывающей к ответу (по телефону), значимость солидарных действий составляла только 50%, а страдали от давления 30%.

К участию в кампании стимулирует успешный опыт достижения поставленных целей с помощью других кампаний. Меньшую роль для опрошенных играет мотив получения нового опыта, технологий: во всех случаях он был только дополнительной составляющей к другим ответам. Для многих он был и вовсе не актуален в силу специфики деятельности.

Участие НПО в кампании в защиту правозащитника возможно при условии достаточно жесткого соблюдения ряда требований:

 

Доверие к информации и достаточность информации

Наиболее важные условия участия – полнота информации и отсутствие сомнений в ее истинности. Для 64% это самое главное. 75% опрошенных откажутся от участия, если им предложат противоречивую информацию, достоверность которой вызывает сомнения.

По мнению большинства, пакет материалов должен включать информацию о деятельности и личности активиста, об организаторах акции, хронологию событий и официальные документы. Но на первое место по значимости для принятия решения об участии снова выходят гарантии достоверности предоставленной информации. Для 82% ответивших такими гарантиями могут быть результаты независимого общественного расследования (в том числе для 52% они очень важны). Правовой комментарий авторитетных экспертов важен для 93% (в том числе очень важен для 30%).

Одним из критериев достоверности информации выступает доверие к источнику. Это важно для 97% опрошенных, из них 67% примет участие в кампании только в том случае, если доверяет источнику информации. На вопрос "Какие источники пользуются наибольшим доверием?" большинство поставило на первое место сообщения коллег и партнеров. Второе место отдано независимым экспертам, на третьем – поручительство известных в правозащитной среде лиц.

Инициатор и участники кампании

Отношение к инициатору кампании – второе по значимости ограничение. 64% опрошенных не будут принимать участие в кампании, если ее инициатор не вызывает симпатии и доверия или неизвестен. Тесные партнерские отношения с инициаторами кампании являются обязательным условием участия для 16% опрошенных и важными для 40%. 44% заявили, что для них это не имеет значения. Репутация участников кампании – более значимый критерий. Ей придают важное значение 93% опрошенных (в том числе для 40% это является обязательным условием их участия). Только 7% сказали, что репутация значения не имеет. Для 24% важно личное знакомство с преследуемым активистом, 8% посчитали это обязательным условием. Для 13% обязательное условие участия – поддержка со стороны большинства коллег, для 58% она не имеет значения. 11% опрошенных считают необходимым, чтобы активист участвовал в деятельности, близкой к их работе. Для 70% это не имеет значения. Таким образом, при оценке инициатора и участников кампании важным являются не столько личные связи и знакомство, сколько доверие к инициаторам кампании как к партнерам и источнику информации, а также созвучность ценностей и принципов.

Цели и призывы кампании

Для 91% опрошенных важным показателем является соответствие целей, основной идеи, призывов кампании личным ценностям и убеждениям. Больше половины (59%) рассматривает это условие как обязательное для своего участия.

Методы и технологии проведения кампании, качество, реалистичность заявленных целей

Адекватность выбранных технологий, методов проведения кампании является важной для 97% опрошенных, в том числе 58% считают это обязательным условием. 31% опрошенных не будет принимать участие в кампании, если знает, что предложенными методами проблему не решить. Формы участия оцениваются и с точки зрения простоты. Хотя простота и не является обязательным условием для большинства, но желательным. В качестве важного этот критерий отметило 56% опрошенных (в том числе 12% как обязательное условие участия). 13% опрошенных заявило, что откажутся от участия в кампании, если это потребует слишком больших организационных и временных затрат.

Наиболее приемлемыми видами участия оказались распространение информации и подписание обращений и заявлений.

Целесообразность кампании и реалистичность заявленных целей важна для 90% (в т.ч. для 42% это обязательное условие участия); для 10% оно не имеет значения. Качество и профессионализм организации кампании и качество основных текстов важны для 93%. 22% респондентов откажутся от участия, если это требование не будет удовлетворено. Лишь для 7% оно не имеет значения.

Личность активиста

50% опрошенных считает, что принимать участие в кампании можно только если лично убежден в невиновности и безупречности действий активиста. 36% опрошенных не будут принимать участия в кампании, если известно, что преследование и давление были вызваны провокационными действиями активиста (оскорбления, хулиганские действия, несоблюдение требований оформления документов). В этой связи информация о личности активиста является важной для принятия решения для 82% (в т.ч. для 18% очень важной).

Стилистика текстов обращений и заявлений

Наиболее широко используемой формой привлечения сторонников является распространение обращений по электронной почте и в Интернете. Сравнительный анализ текстов открытых писем и заявлений правозащитных и неправозащитных организаций показал, что риторика и продвигаемые этими организациями ценности совпадают. Есть общие моменты:

1. Большинство обращений НКО формулируется во имя интересов России, страны, будущего страны, судьбы страны, народа.
2. Адресаты, к которым обращаются представители правозащитных и неправозащитных НКО, совпадают. Это общественность, пресса, органы государственной власти.
3. Совпадают и ценности, которыми оперируют в своих текстах правозащитные и неправозащитные НКО. Часто упоминаются право, свобода, демократия, права человека, конституционные права, гражданское общество.

В текстах проявляется и специфика:

1. Экологи в качестве субъекта интересов чаще упоминают население, правозащитники ипредставители журналистского сообщества – международную общественность.

2. Правозащитники чаще апеллируют к "гражданским" ценностям (свобода, демократия, права человека, гражданское общество). В правозащитных и журналистских текстах часто упоминаются свобода слова и независимость средств массовой информации, доступ к информации. Для экологов на первом месте по частоте упоминания – безопасность, конституционные экологические права. В текстах НКО и объединений НКО часто озвучиваются "социальные" ценности: безопасность, стабильность, гражданское согласие, благополучие, достойный уровень жизни, качество жизни. Часто звучат слова "гуманность", "справедливость", "ответственность", "гражданская позиция".

3. В текстах правозащитных и неправозащитных НКО звучат отсылки к одним и тем же принципам построения взаимоотношений с властью. Правозащитные НКО используют выражения "общественный контроль", "условия для общественно-политической дискуссии и свободного волеизъявления граждан", "диалог", "равноправные отношения между государством и общественностью", "широкое и открытое общественное обсуждение". Экологи упоминают "право на общественное участие", "участие общества в принятии правительственных решений". Неправозащитные организации и объединения НКО в качестве аргумента используют необходимость обеспечения "конструктивного диалога власти с обществом", "взаимодействия граждан и органов власти", "социально ответственное государство", "цивилизованного диалога между гражданами и властными структурами".

4. В качестве аргумента в правозащитных текстах и текстах экологов, как правило, выступает закон: Конституция, легитимность, процедуры, правовые рамки, российское законодательство, международные нормы, международные обязательства. В текстах других НКО отсылки к закону встречаются реже. Они чаще говорят о важности "развития институтов гражданского общества", "повышения общественной активности граждан". У экологов аргументом нередко выступает необходимость обеспечения экологической безопасности.

5. В качестве основного довода и критерия правозащитники используют нарушение законов и прав человека, неправозащитные НКО – угрозы стабильности и рост социальной напряженности.

6. Правозащитные тексты бывают лаконичны и формальны, но при этом в них встречаются крайне резкие оценки и эпитеты: "ненависть и цинизм", "полицейское насилие", "диктаторский режим", "расправы и репрессии", "пытки и издевательства". Часто используемое слово – "произвол". Явно негативную окраску в правозащитных текстах несут слова "политический" (политические процессы, репрессии, характер действий и т.п.), "цензура", "бюрократия". По наличию пафоса, преувеличений и сгущению красок правозащитные тексты ближе к радикальным политическим. Подобный пафос встречается в текстах творческой интеллигенции. ("Между тем, Генпрокуратура давно уже сбросила маску, обнаружив подлинные цели этого "дела": подавить всякую помощь и сочувствие партиям демократического направления, вытоптать спецназовскими сапогами всякие ростки гражданского общества, вернуть его к однопартийной власти и диктатуре имперского толка", "Мы не хотели бы испытывать жгучий стыд за своё Отечество, уже испытанный нами и в 1968 году, когда в Новосибирске начался последний виток травли и изгнания…", "Басманное правосудие" не прибавляет нам гордости за нашу страну" (Заявление общественной организации "КлубАлександра Галича" в связи с арестом Ходорковского)).

7. В текстах экологов, как правило, содержатся не только моральная оценка, но и перечень конкретных предложений. Тексты могут быть эмоциональны, но при этом не выглядят преувеличением и не вызывают раздражения. "Нам стыдно за деятелей атомной индустрии, всячески открещивающихся от вызванных ими трагедий миллионов людей" (Заявление связанное с Чернобыльской катастрофой, подписали более 60-ти НКО). "Мы еще раз обращаемся к Вам с просьбой не ставить на кон жизни людей. Исполните свой призыв к диктатуре закона – химическое оружие не должно уничтожаться любой ценой, стахановскими темпами, в тайне от общественности и с нарушением законов, правил и процедур" (Третье обращение общественных организаций к президенту России в связи с выполнением первого международного обязательства по уничтожению химического оружия, СоЭС, Союз "За химическую безопасность").

8. Правозащитники и представители интеллигенции совпадают в моральной оценке событий и осуждении действий властей, но расходятся в аргументах. Для представителей творческой интеллигенции "не резолюции Совета Европы, но собственные гуманистические традиции русской культуры должны стать мерилом государственной политики" (Обращение деятелей науки и культуры "Остановим чеченскую войну вместе").

В текстах правозащитных и неправозащитных НПО много общего. Они обнаруживают общие ценности и устремления, достаточно близки по стилю изложения. Но есть различия и в стилистике, и в аргументах. Правозащитные тексты, обычно адресованные власти, часто пишутся как будто по шаблону. В некоторых применяется сухой "юридический" язык, другие страдают излишним пафосом и радикальностью, что у большинства не близких к правозащите людей вызывает скорее отторжение, чем желание поставить подпись. Соответственно, для привлечения сторонников из числа не правозащитных НПО лучше избегать категоричных оценок, необоснованных и гротескных высказываний, но также и ненужной формальности, использования профессиональных юридических терминов. Таким образом, основные причины, которые мешают НПО принимать участие в защите активистов правозащитников, следующие:

1. Недостаток информации.
2. Негативная репутация инициаторов, недоверие к источникам информации.
3. Противоречие целей кампании личным ценностям и убеждениям.
4. Неадекватность технологий.
5. Негативная репутация участников.
6. Сомнения в невиновности и безупречности поведения активиста.
7. Сомнения в целесообразности кампании.
8. Несоответствие качества организации и проведения кампании стандартам НПО.
9. Неадекватная форма обращения.
10. Занятость.

ОСНОВНЫЕ РЕКОМЕНДАЦИИ

Распространение информации и обеспечение ее достаточности и достоверности

Неправозащитные НПО нуждаются в дополнительном обосновании необходимости их участия. При распространении информации уместно пользоваться теми каналами связи, которым доверяют НПО. По общему правилу, осознанное доверие к источнику или каналу коммуникации повышает эффективность кампании. Если СМИ более эффективны в распространении сообщений, то личное общение сильнее мотивирует людей к действию. Исследования утверждают, что многие изменения в поведении происходят вследствие наблюдения за поведением близких и подражания им (или следования за лидером).

Наибольшим доверием НПО пользуются непосредственные коллеги и партнеры. Хорошая стратегия – распространять информацию через общих партнеров и/или тех, кто имеет выход на представителей данного сообщества. (Например, информацию среди молодежных организаций можно распространять через Комитеты по делам молодежи). Некоммерческие организации демонстрируют готовность распространять информацию среди коллег, для них это самая простая и удобная форма проведения кампании. Нужно иметь ввиду, что привлечение союзников будет более эффективным, когда всем известная местная организация выступает с призывом присоединиться от своего имени (или подкрепляет чье-то обращение своим), чем когда она просто передает информацию.

Необходимо учитывать препятствия, которые мешают процессу коммуникации, например, несоблюдение принятой в организации формы обращения. По данным опроса для большинства приемлемым является обращение по электронной почте.

Но иногда для того, чтобы привлечь внимание, важно обратиться лично. Личное общение мотивирует гораздо сильнее. Оно тем более важно, если организация незнакома, или когда нужна обратная связь, получение какой-либо информации. Интернет – простое и важное средство информирования людей, но наименее мотивирующий способ обращения к людям. Одним из средств вовлечения в кампанию может быть проведение специальных мероприятий: консультаций с теми, кого планируется привлечь, опросов, дискуссии, семинаров, круглых столов и т.п. Такие формы ценны тем, что позволяют получать обратную связь и реагировать соответствующим образом. Кроме того, они позволяют вовлекать союзников в планирование кампании, что дополнительно мотивирует на поддержку и продвижение кампании в своей среде.

Передаваемая информация должна экономить время привлекаемых союзников. Одним из препятствий является загруженность текущими делами. Поэтому чем проще и доступнее
сообщение, чем меньше вопросов оно вызывает (и тем больше у него шансов быть рассмотренным). Важную роль играет полнота информации. Благодаря ей устраняются сомнения, а время для принятия решения сводится к минимуму.

Распространяемая информация должна удовлетворять следующим требованиям:

1. Информация должна быть полной, объективной и достаточной. Она должна отвечать на основные вопросы: о пострадавшем активисте, его личности и деятельности, как эта деятельность связана с преследованиями, что доказывает незаконность действий власти и невиновность активиста. Для большинства уверенность в невиновности активиста является условием участия в его защите. Информация должна быть убедительной. В ней не должно быть пропусков и недоговорок. Следует отражать и комментировать позицию противоположной стороны. В противном случае, натолкнувшись на противоречия в освещении ситуации, адресат будет испытывать сомнения.

2. Достоверность и истинность информации должны иметь подкрепление. Наибольшим доверием пользуются результаты независимых расследований. От них ожидают полноты изучения ситуации, наличия оценки позиций сторон, независимости и объективности. Именно расследования ставят целью определить достоверность информации. В качестве гаранта достоверности информации может выступать поручительство известных в правозащитной среде лиц. Чем сложнее вопрос, тем большее значение имеют экспертные заключения. Например, доводы кампании против ужесточения политики налогообложения НКО подкреплялись материалами специально проведенных исследований роли НКО в экономике и другими аналитическими материалами.

3. Информация должна быть рассчитана на неспециалиста. Неправозащитные НПО, как правило, не являются специалистами в области права. Поэтому правовое заключение или комментарий эксперта более значимы, чем первичные документы (судебные решения и пр.)

Например, в рамках кампании в защиту журналиста Григория Пасько была доступна самая разнообразная информация. Общий пакет информационных материалов, размещенный в Интернете, включал более ста материалов, в том числе процессуальные документы, юридические заключения и комментарии экспертов, репортажи, интервью, ходатайства, заявления и др. Информационное содействие защите журналиста оказывали портал "Права человека в России", Социально-экологический Союз, Bellona, Грани.ру, Индекс/Досье на цензуру, Фонд защиты гласности, ПЕН-центр, Ecological North-West Line. Кроме руководителей крупнейших экологических и правозащитных организаций в защиту Пасько выступили известные актеры (Сергей Юрский, Инна Чурикова, Олег Табаков), писатели (Даниил Гранин, Фазиль Искандер,Андрей Битов), ученые-академики, представители партий и т.д.

Выстраивание содержания кампании и обоснование ее необходимости с учетом интересов, ценностей и убеждений потенциальных союзников

Для того, чтобы привлечь внимание к кампании и побудить к действиям, важно учитывать возможные интересы потенциальных союзников в защите активиста. Мотивацией может стать тезис, что кампания позволит пресечь появление вредного для всего сообщества прецедента. (Например, поддержка пострадавшего за отказ служить в армии по убеждениям молодого человека – в интересах всех других "отказчиков"). Другие мотивы: приверженность миссии и идее, процессу сотрудничества, ожидание ответной поддержки, желание помочь ближнему и борьба с несправедливостью и т.д.

Лексика обращений должна быть понятна аудитории. Основные лозунги и заявления должны совпадать с общей риторикой некоммерческого сектора, соответствовать ценностям и убеждениям. Стиль не должен вызывать отторжения. Например, в тексте обращения в защиту Александра Никитина необходимость поддержки напрямую связывалась с необходимостью защиты базовых ценностей гражданского общества: "Секретность вокруг вопросов охраны окружающей среды, насаждаемая ФСБ, также как арест и преследование Александра Никитина, угрожают нарождающемуся сотрудничеству России с другими странами в вопросах решения проблем экологии, развитию гражданского общества в России. Участие общества в принятии правительственных решений играет важную роль в деле охраны окружающей среды. С тем, чтобы предоставить людям во всем мире возможность предпринимать усилия по охране экологии, правительствам необходимо уважать права людей на политическое участие в принятии решений, свободу слова и свободу объединений. Активистам экологического движения необходимо предоставить защиту от преследования властей" (экологическая организация“Беллуна”).

Радикализм и категоричность уменьшают круг поддержки. Немного найдется людей, готовых подписаться под таким обращением: "Тиранические режимы всегда смертельно боятся критики и свободы слова, затыкая всем несогласным рты и приравнивая критику властей к "терроризму" или "свержению строя"… Кровавый, преступный, диктаторский, государственно-террористический режим Путина должен быть свергнут и уничтожен вместе с породившей его колониальной Российской империей, построенной на костях целых народов!" (Заявление Революционного Контактного Объединения).

Потенциальным участникам кампании должно быть понятно, чего конкретно хотят добиться организаторы, почему они считают свою задачу реальной, почему для этого важно участие адресата. Заявленные цели кампании должны быть взвешены и разумны. Методы должны соотноситься с целями и задачами. Например, если проводится театрализованное шествие, участникам должно быть понятно, чье внимание пытаются привлечь организаторы и с какойцелью. Неплохой ход – дать человеку возможность самому выбрать ту или иную форму участия.

Демонстрация высокого качества организации и проведения кампании

Соблюдение рекомендаций и требований к информации, адекватность обращений, языка, используемых технологий говорит о качестве проведения кампании. Чем больше усилий затрачено организаторами (по сбору доказательств, созданию Интернет-ресурсов, проведению специальных мероприятий – совещаний, круглых столов и т.п.), тем больше доверия вызывает кампания. Повышает доверие и внушает оптимизм обилие информации в СМИ.

РЕЗЮМЕ

Выполнение всех пожеланий и рекомендаций в комплексе – сбор доказательств и обеспечение достоверности информации, завоевание доверия НПО, налаживание коммуникаций и обратной связи и т.д. – требует отдельной серьезной работы и больших ресурсов. Такие затраты не всегда оправданы, особенно если речь идет о небольших разовых акциях. Но они важны для организаций, которые постоянно занимаются защитой активистов от преследований.

Эти ожидания вполне выполнимы. Правозащитники могут выстраивать кампании в соответствии с основными идеями и ценностями гражданского общества, обеспечивать высокое качество подготовки и проведения акций. Узкое место – неоднозначность имиджа и репутации правозащитников. Это усугубляется недостатком информации о правозащитных организациях, их деятельности, а также подчас слишком слабыми связями между коллегами и неправозащитными НПО.

Общая стратегия стремления правозащитного сообщества направлена на расширение и укрепление связей внутри "третьего сектора". В конечном счете, это ведет к повышению эффективности защиты активистов от преследований и давления. В рамках этого процесса важно естественным образом расширять контакты с неправозащитными НПО, повышать их заинтересованность.

Наверх